Журнал Fighter’s, 2008, № 2
3,62 Мб

Герой Вьетнама и жизнерадостный человек, который выглядит лет на 10 моложе своего возраста, главный Мастер Школы «Чунг Нам Во Дао», более десяти лет живущий в Украине, – не каждый день удается встретить такое гармоничное сочетание, порой, несовместимых понятий. Тем не менее, господин Фам Чунг Тхань открыт к общению и готов поделиться своим опытом и знаниями с любым ищущим, пришедшим в его Школу.

Досье:

Дата рождения: 1964 г.

Звания: Генеральный представитель Ассоциации традиционных и современных вьетнамских боевых искусств в СНГ;

Главный Мастер 5 дан по Школе «Чунг Нам Во Дао»;

Мастер 3 дан по Шаолинь Вьет-Во-Дао стиль;

3 дан по Вин Чунь-Кунг Фу стиль;

3 дан по Айкидо СВНА (Спецназ Вьетнамской Народной Армии );

4 дан по Таэквондо СВНА.

- Господин Тхань, расскажите, пожалуйста, об истории возникновения Вашей Школы.

- На Востоке в древние времена практически каждый занимался боевыми искусствами: закон редко стоял на стороне простого человека, а угнетениям он подвергался часто. Боевые техники стали не просто средством или решением каких-то проблем, а необходимой частью жизни человека.

Долгие годы моя семья была одной из немногих уважаемых и богатых семей Вьетнама. Ученики нашей Школы в течении многих лет работали охранниками, телохранителями императора и его высокопоставленных чиновников. Слово императора всегда было законом, а требование – не из легких. Тем не менее, на протяжении нескольких веков бойцы нашего клана завоевали уважение за качественную службу.

- Что преподается в рамках Школы?

- Традиционные школы не ограничиваются изучением техники владения боевым оружием, различными предметами или голыми руками. Набивка и энергетические практики также составляют лишь малую часть знаний. Философия, медицина, астрология, фонг тхуи (фен шуй)… Со всем этим и еще многим будущий воин должен быть знаком хотя бы на уровне понимания. Рисование, стихосложение, шахматы, музыка… Эти направления существенно помогают в процессе изучения и практики боевых искусств. Понятно, что не каждому удается достичь значительных высот во всех этих направлениях, но знакомство с ними в процессе изучения боевых техник значительно меняют мировосприятие человека, дарит ему терпение и возможность принять разумное решение в нужный момент.

Жизнь воина – это непрерывная дорога, которая всегда простирается дальше наших желаний, но по достижению поставленных целей она сразу становиться чуть длиннее.

- В чем особенности Вашей Школы, что отличает ее от других направлений?

- Если взять нас с вами, то, по сути, мы разные (по происхождению, цвету волос, глаз и тому подобное), а для инопланетянина мы будем одинаковые – оба земляне. В этом и есть разница и схожесть между боевыми искусствами. Мне трудно сказать, в чем отличие нашей Школы, я могу сказать, в чем ее схожесть с другими. Приходит ко мне человек, который занимался винь чунь, и говорит: «А, это винь чунь!». Приходит человек, который занимался айкидо, и говорит: «Я знаю – это айкидо!». Кто-то занимался каратэ и говорит: «В каратэ тоже такое есть!». Использование различной техники дает определенную свободу, поэтому я использую технику различных направлений, но только то, что самостоятельно смог проверить в жизни на практике.

Истинное предназначение любой школы боевых искусств – помочь ее адептам сохранить то, что для них в этот момент ценно: честь, жизнь, деньги,... Разница между истинным бойцом и обычным бойцом в том, что у первого больше достоинства. Если говорить об особенностях нашей Школы, я стараюсь научить людей найти правильное решение в нужный момент. Некоторые считают, что суть любой школы – в методике. Мы считаем, что методика – это лишь средство, техника сама по себе ничего не дает. Автомат – опасное оружие, но оно становится опасным только в руках человека, иначе это просто кусок железа. Многое также зависит от цели применения техники: нож в руке хирурга – спасает жизнь, в руке мясника – помогает ее поддерживать, а в руке солдата – отнимает. Поэтому, на тренировках я учу, двигаясь вперед, вовремя остановиться.

- Ваша система передается из поколения в поколение в неизменном виде, или Вы используете какие-то достижения современной науки, медицины?

- Сильнейшие системы – это те, которые смогли адаптироваться. Есть определенные правила, которые должны оставаться неизменными, но любая система теряет свою актуальность, если ее не менять в соответствии с сегодняшними реалиями.

Кто сильнее и крупнее динозавров? И где они сейчас? Их нет, зато есть тараканы. Сегодня солдат не выйдет на поле боя в кольчуге с алебардой: снайпер снимет его с СВД еще за полкилометра. В каждом новом времени задача меняется.

Поэтому я стараюсь своим ученикам преподать то, что им необходимо для данных условий. Вы ведь не придете ко мне изучать 15 лет то, что вам сейчас не пригодится. И опять же, цели у всех разные.

Я не скрываю, что кроме своей школы я посещал тренировки по некоторым другим направлениям: айкидо, вин чунь, южный шаолинь, каратэ, вьет во дао. Немаловажный практически опыт получил в армии. На тренировках я открыто говорю, что именно заимствовал из другого направления и почему его модифицировал.

Те, кто опытней, спрашивают почему я пришел к такому мнению, могут показать свое понимание этой техники и благодаря им я вижу еще одну грань. Тем не менее, я не отвергаю традиционную технику, но в неизменном виде передам ее только тому, кто станет преемником Школы. С одной стороны я поддерживаю традиционное направление, но, с другой, – то, что я преподаю, выглядит современным. Скажем, я не заставляю учеников кланяться передо мной. Зачем? Если он внутренне меня не уважает, то какой толк в поклонах? Поэтому я пытаюсь обратиться к внутреннему Я человека, а не внешнему, которое изменчиво.

- Вы говорили о преемнике. У Вас уже есть подходящий, на Ваш взгляд, человек?

- Знаете, почему золото дороже меди? Потому что меди на земле намного больше золота. Если ценность легко найти, это уже не ценность. Кое-кто есть на примете, но я еще в поиске.

- А родному ребенку?

- У меня растет дочь. Да, у нее есть определенные способности, но она еще слишком мала. Это, во-первых, а во-вторых, боевые искусства – это жизненный путь, который больше подходит мужчине, чем женщине. Женщина может заниматься для самозащиты, для здоровья, но быть наследником Школы – это не совсем правильно. Это создаст ей в жизни больше проблем, чем выгоды.

- Кстати, у Вас в Школе тренируются девушки?

- И девушки, и даже женщины в возрасте. Но ради чего бы они не пришли, технику им преподавать нужно немного отличную от той, которая дается мужчинам. Ведь при одинаковом уровне боевой подготовки у них все равно будет меньше возможности, так предусмотрено природой. К тому же представители сильной половины человечества легче переносят боль, при виде крови у них меньше срабатывает блокировка. Поэтому женщина должна владеть какой-то техникой, которая для мужчины невероятна, внезапна. Часть такой техники заключается в приемах, часть - в психологической подготовке. При этом из технических приемов половина приходится на внутреннюю работу - так называемая биоэнергия, биомеханизмы, внутренние силы... Из этих соображений до определенного уровня они занимаются вместе, потом с женской частью я занимаюсь отдельно. К тому же, мужчины во время тренировок в присутствии женщин меньше говорят и больше работают.

- Существует такое мнение, что боевые искусства лишь тогда можно назвать боевыми, когда их применяют на войне. Какую, на Ваш взгляд, роль они играются сегодня, в мирное время?

- Я понимаю выживание как стремление остаться в живых в любых условиях. Если говорить грубо - война везде и всегда, в любую секунду. Мы каждый день адаптируемся под те или иные условия, чтобы выжить, вплоть до того, что одеваемся по сезону. Человек подхватил инфекцию, пьет таблетки – он борется с вируса ми за свое выживание, а они борются свое. Есть и другой аспект. Приходит мне друг и говорит: «Зачем тебе заниматься? Ты и так уже все умеешь, идем пива попьем!». У меня начинается внутренняя борьба: посидеть с другом или пойти на тренировку, то есть поддаться соблазну телесного желания или следовать пути, выбранному разумом. Война происходит постоянно, нет мирного времени, поэтому мы всегда должны быть готовы. Осознавая это, мы реже попадаем в неожиданные ситуации.

Вот чем отличаются спортивные единоборства от боевых? Боевые постоянно заставляют мозг воспринимать окружающее как реальные боевые действия. В спортивных же единоборствах существует определенная договоренность и через какое-то время опасность исчезает. Поэтому ряд спортивных мастеров не смогли постоять за себя на улице, они психологически не готовы к этому. В боевых же школах, чем выше мастер, тем меньше насчитывается таких случаев, потому что он попрасту не будет попадать в подобные ситуации.

В спорте вы победитель временный: отзанимался 10 лет, в 20 лет уже учеба, потом работа, женитьба. Так или иначе, приходиться жертвовать тренировками. Потом привыкаешь к отдыху, наращиваешь пузо и можешь только вспоминать, что ты когда-то кем-то был. Для меня боевые искусства - это такая часть моей жизни, как чаепитие, общение, как мои руки. Люди хвастаются, у них есть машина, квартира, но не хвастаются, что у них две руки - это же естественно.

- Говорят, что люди с Востока не очень охотно раскрывают свои секреты европейцам. Так ли это?

- Секрет иногда сам по себе – не секрет. Во-первых, много людей с Востока ничего не умеют делать, ленивы и, пользуясь своей внешностью, уезжают на Запад, преподают там то, что якобы где-то видели. Они создают вокруг себя ауру таинственности, чтобы привлечь клиентуру. Во-вторых, секрет может заключаться в режиме тренировок. Скажем, если вы будете работать три раза в неделю по два часа, а я каждый день по восемь часов, у меня действительно есть свой секрет. И третье - это языковой барьер: разный язык, разное понимание одних и тех же вещей. Для меня тоже нелегкая задача, объяснить доходчиво, что я имею в виду, но стараюсь изо всех сил, пока человек этого хочет. Это объясняет, почему много хороших мастеров здесь обучают людей, но их ученики получают лишь форму' без содержания.

Иногда человек решает, что у него что-то не получается, потому что здесь зарыт кой-то секрет, оправдывая тем самым свою лень. Сегодня существует масса доступной информации: книги, Интернет, видео, журналы... Сиди дома и все секреты у тебя на руках, было бы желание их учить. Но есть одно НО: ни один источник информации не расскажет тебе как это сделать. Любую книгу человек писал, исходя из своих собственных параметров, плюс что-то добавил от себя. А какова вероятность того, что у читающего будут такие же физические данные и условия, как у автора? Поэтому кроме желания и информации нужен еще учитель, который будет твоими глазами. Может, в этом и есть секрет.

Часто о секретах заставляет говорить несогласованность внутреннего Я: каждый стремится стать кем-то, не понимая, что для этого сначала надо быть никем. Здесь проявляются различия в менталитете Востока и Запада. Не хочу никого обидеть, но на Западе поведение великого мастера (если не вдаваться в тонкости этого понятия) часто похоже на поведение молодого бойца на Востоке. На вопрос «Долго ли Вы занимаетесь?» он скажет «Я уже 20 лет занимаюсь!», а восточный человек говорит «Я занимаюсь лишь несколько лет». На Востоке все воспринимается на чувственном уровне.

- Как Вы относитесь к спортивным единоборствам, где упрощается техника для привлечения новых адептов и проведения соревнований между ними? Например, спортивное ушу, каратэ…

- Как вы думаете, почему в пейнтболе не стреляют из автомата Калашникова, а из пейнтбольного оружия – на фронте? Потому, что настоящий автомат убивает людей, а пейнтбольный – нет. Человек не может сегодня стрелять на пейнтболе, а завтра из автомата на фронте, потому что в таких случаях поведение и оружия, и человека совсем разное. Многие спортивные мастера, обучая людей, забывают им говорить, что эта техника хороша только на татами. Ведь как возник спорт? Природа человека такова, что он пытается доказать в чем-то свое превосходство. Есть несколько способов: сделать лучше или убрать худшее. Второй вариант намного сложнее. Но поскольку спорт приобщает многих людей к здоровому образу жизни, я думаю, что это нормально. Ведь если положить рядом пейнтбольный автомат и АК, они между собой ругаться не будут, потому что у них цели разные. Под солнцем каждый имеет право жить как ему удобно, главное – не мешать другим. Мне никто не мешает, и я стараюсь отвечать тем же.

- Господин Тхань, как Вы попали в Украину? С какой целью приехали и чем занимались в первое время?

- После армии я поступил в Бакинский институт нефти, по окончании которого вернулся домой. Работа на скважине не очень нравилась, да и не люблю я сидеть на одном месте. Поехал в гости к другу в Украину. Пока осваивался на новом месте, как-то на улице случилось помочь девушке, на которую напали. Оказалось, что ее отец был не последним человеком в силовых структурах. Он и предложил мне подписать контракт и тренировать. Так началось мое сотрудничество с житомирским «Беркутом», где я работал до 1994 года. Потом я приехал в Киев и пытался заняться собственным бизнесом, но, видимо, для этого у меня нет соответствующих способностей. Зато поступило предложение о сотрудничестве от Министерства обороны Украины. Я остался в Киеве и работал с ними до 1998 года. Это были тяжелые годы – зарплату не всегда платили. Тогда ребята порекомендовали открыть школу для гражданских лиц. В 1998 году я получил разрешение в Министерстве юстиции Украины и разрешение от Ассоциации Традиционных и Современных Вьетнамских Боевых Искусств стать ее представителем в СНГ.

- В 90-е годы в Украине был всплеск преступности, очень многие спортсмены и люди от боевых искусств были связаны с преступными группировками. Скорее всего, Вам тоже поступали такие предложения. Какое Ваше отношение к такому явлению?

- Знаете, мой покойный дед говорил: «Хороший глаз умеет отличить белое от черного, но глаз, который видит только белое или только черное – больной глаз». Каждый человек сам выбирает свой путь. Кто-то руководствуется принципом «кто с нами – хороший, кто не с нами – плохой». Но есть общество, где существуют ограничения, которые мы не можем преступить. Были предложения в духе «Покажи, научи, как быстрее и лучше сделать это или не сделать то». Но если человек что-то знает и не хочет этого показывать, сложно доказать его компетентность, наоборот не бывает. Поэтому очень скоро ребята поняли (или решили, что поняли), что я не знаю того, что им нужно и перестали меня трогать. Если ты видишь, что твой путь расходится с путем другого человека, ты с ним не пойдешь. У нас говорят: «Буйвол с буйволом, лошадь с лошадью».

- Вы этим же принципом руководствовались, когда женились на вьетнамке?

- То, что я женился на женщине своего народа из Вьетнама – в порядке вещей, а здесь порождает много вопросов, ведь вокруг много красивых девушек, женщин. Иногда человек совершает какие-то поступки из-за отсутствия возможности, знаний, опыта или еще чего-то, поддаваясь соблазну на 5 секунд, а потом 50 лет исправляет последствия. Я видел много в своей жизни, поэтому предпочитаю прежде подумать 50 лет, чтобы принять решение за 5 секунд.

- На сколько мне известно, Вы имеете звание Героя Вьетнама. Можете скать, какой ценой оно Вам досталось?

-По определенным соображениям я не люблю об этом говорить. Было время, были люди, была работа, которую ты должен выполнить. Кто-то делал ее лучше, кто-то хуже, кто-то мог бы и лучше, но не успел. Возможно, я просто оказался удачнее в этом смысле. Мы как-то не задумывались зачем и почему дают звания. Если что-то случиться, значит так надо, а что случилось – значит так и должно быть.

- Вы были инструктором во вьетнамской армии. Чему Вы учили в тот период своих соотечественников?

- Вначале, я пару месяцев служил как призывной обычным пехотинцем. Потом был отбор в разведку, но родители не хотели, чтобы я туда шел. Очень трудно было добиться того, чтобы меня приняли. Написал заявление, прошел несколько проверок – и, наконец, я все таки стал разведчиком. Обычно процесс обучения занимает 7 лет, но, учитываю ситуацию того времени, программа обучения была сокращена вдвое. Чуть больше года я отшлифовывал приобретенные умения на практике, после чего начальство решило, что на инструкторской должности я принесу больше пользы, чем на оперативной работе. Поэтому перед уходом из армии несколько месяцев я работал инструктором СВНА. Работать оперативником и инструктором – совершенно разные вещи. Ведь одно дело стрелять в стенды на поле, другое – на фронте: тот же автомат, те же патроны, но условия разные. А именно эти условия определяют условия выживания человека.

- Получается в армии Вы не тренировали по методике своей школы?

- В армии никогда не проводятся учения по методике единой школы. Особенно в стране, в которой часто случалисть военные конфликты. Конечно, мне наша семейная Школа дала определенный опыт и подготовку, но у боевого инструктора недостаточно времени на проверку техники на эффективность. Мы рискуем собственной шкурой и все проверяем методом тыка, как говорит мой знакомый компьютерщик. Конечно, какие-то элементы нашей системы я взял в армию, ног любая традиционная школа требует не 1-2 года обучения, как в армии, а 10, 20, 30 лет.

Во Вьетнаме от каждой школы идет инструктор, который преподает ее не системно, а отдельные приемы, элементы, соответствующие военным требованиям. Также существует военный научный отдел, который изучает и научно обосновывает использование той или Инной техники: при современном подходе ее легче объяснить солдату. Этот же подход я использую для работы с украинцами здесь, потому что европейский менталитет требует точно знать, сколько граммов тут, сколько процентов здесь. Хотя, с другой стороны, под солнцем нет ничего нового.

- Если под солнцем нет ничего нового, что же тогда предлагает Ваша Школа?

- Когда я первый раз набрал себе группу, то заметил, что люди приходили в зал с разной целью: ради самообороны, здоровья, философии, фен-шуй…Кого-то привлекла красивая форма, дипломы, пояса. Некоторые появляются в зале только на теоретических занятиях, когда я рассказываю о каких-то народных мудростях, или практических хитростях например, как готовить лекарства из трав, или как точить нож. Первое время я никак не мог это проглотить, но со временем понял, есть люди, которые у кого бы ни учились, все равно никем не станут, хотя и стараются, но информация которую они получают от меня, как минимум не навредит их здоровью. Например, мы делаем набивку, и я знаю, что пусть завтра у человека не будет сильного удара, но при случае он не повредит себе связки.

На Востоке говорят: «Одна буква – Учитель, полбуквы – тоже Учитель. И если пьешь воду, нужно помнить об источнике». Я не уверен, что все, кто называл меня учителем, сегодня помнят об о мне. Многие из них пользовались именем Школы, чтобы кем-то стать, но это их судьба. У нас говорят: «Если родители ели много соли, то детей будет мучить жажда». Все мы однажды получим по заслугам. С тех пор, как люди придумали ксерокопии, многие потеряли интерес к оригиналу. Зачем тратить годы, чтобы стать оригинальным, если через три месяца можно стать похожим? Все мы ленивы по большому счету, но крайне важно, куда мы направляем этот поток лени: на тренировку, питание или гулянку. Целеустремленному мы помагаем стать оригинальным, а менее трудолюбивому к себе – хотя бы хорошей копией.

- Какого распорядка дня Вы придерживаетесь?

- По большим праздникам или по праздникам, которые я не могу игнорировать (дни рождения, Новый год и т. д.), я не тренируюсь, чтобы никому не мешать. Обычный мой день начинается в 4.45 утра. После утренних процедур личной гигинны провожу два часа дыхательных практик и медитации (если нет утренней тренировки, то три часа). После легкого завтрака отвожу ребенка в школу. Когда проводиться утренняя тренировка (с 8.30 до 10.30), могу уделить себе максимум полчаса. В 11.00 я дома. Пока готовиться обед, занимаюсь набивкой, повторением комплексов, тягаю железо. В 13.00 – 14.00 забираю ребенка из школы. С 15.00 до 17.00 занимаюсь комплексами , изучаю новое. В 17.00 что-то ем и выезжаю на тренировку. С 19.00 до 21.00 – тренировка, где, опять же, могу себе уделить полчаса. К 22.00 возвращаюсь домой, перекусываю что-то легкое. После еды нельзя сразу ложиться спать, поэтому если хорошо себя чувствую, час медитирую. Если нет, то читаю, рисую, учусь, иногда позволяю себе поиграть на компьютере. В час - полвторого ночи ложусь спать.

- Неужели хватает 3-4 часов сна в сутки? Ведь врачи рекомендуют спать не меньше 7-8.

- Мне трех часов в сутки хватает с головой. Разве что один раз в два месяца необходимо полчаса поспать днем - своеобразная дозаправка. В таком режиме я живу уже более 30 лет. Если говорить о человеческом организме, то сон ему необходим как дозаправка. Проходит она в двух направлениях: физическом и энергетическом. Человеку необходимо спать 7-8 часов в сутки для энергетической дозаправки, а для физической хватает и полчаса. Если он редко напрягается физически, то для восстановления нужно пару часов. Энергетика восстанавливается намного медленней: во сне из памяти стирается ненужная информация, в памяти остается необходимая и т.д. А медитация и дыхания равносильны взрывной заправке.

- Рассказывая о распорядке дня, Вы как-то небрежно говорите о еде: что-то поел, перекусил. Вы придерживаетесь каких-то правил в еде?

- Еда - это такое же топливо для организма, как и бензин для машины. В машину можно залить 92-й, а можно 95-й бензин. Ездить она будет в любом случае, но по-разному. Точно так же и с едой. Украинская кухня очень сытная и тяжелая, а человек, занимающийся энергетическими практиками, должен придерживаться определенных правил в еде. Я уже на интуитивном уровне чувствую, что мне стоит есть, а что нет.

- Какие у Вас планы на будущее? Планируете ли переезжать в другую страну? Как дальше будете развивать Школу?

- Переезжать в другую страну - значит снова учить новый язык, осваиваться в новом быту... Нет, не планирую. А что касается Школы, планы есть, но о них я не хочу заранее говорить. Пусть все будет, как должно быть.